Содержание

«Частная» армия генерала Кадырова | Тайны и загадки истории

В ходе весенней призывной кампании, завершившейся совсем недавно, из 7 тысяч молодых чеченцев, ставших на учет в военкоматы и прошедших медкомиссию, ни один не был призван в российскую армию. Разнарядка из Генерального штаба не поступала, заявил официальный представитель Минобороны Игорь Конашенков, сославшись на решение «сверху». Подобное решение российских властей не оставляет молодым чеченцам выбора. Служить они могут только под началом генерала Кадырова.

[«Московский комсомолец», 22.07.2011, «В армию не призвали ни одного чеченца»: В последний раз полноценный призыв из Чечни проходил еще во времена СССР, в 1991 году. С началом первой чеченской войны призыв был прекращен полностью. В начале 2000 года, в самый разгар второй чеченской кампании, около двадцати чеченцев-спортсменов отправили служить в подмосковную часть Минобороны. Но вскоре между кавказцами и другими сослуживцами, а также офицерами, которые воевали в Чечне, начались стычки, и всех солдат-чеченцев пришлось вернуть домой. Вторая попытка заставить чеченцев отдать долг родине была сделана в 2007 году. Тогда появилась информация, что местных молодых людей планируют отправлять на службу в Россию. В ответ на это в Грозном прошли акции протеста. С резкой критикой планов Минобороны тогда выступил уполномоченный по правам человека в Чечне Нурди Нухажиев. По его мнению, офицеры, которые воевали в период первой или второй кампаний, могли устроить невыносимые условия службы для юных чеченцев. Нухажиева поддержал и бывший министр обороны Ичкерии, а ныне депутат парламента Чечни Магомед Хамбиев.
— Не призывают их — и хорошо. Дагестанцев и ингушей с головой хватает, — рассказал «МК» командир роты 18-й бригады, дислоцированной на военной базе «Ханкала» в Чечне. — Ну можно себе представить, чтоб палестинцев призывали в израильскую армию? […]
За комментарием «МК» обратился к своему источнику в Генштабе.
— Будем называть вещи своими именами: зачем учить военному делу собственных врагов, людей, с которыми есть вероятность повоевать? Сколько волка ни корми, он все равно в лес смотрит. Не секрет, что многие из чеченцев приходятся родственниками боевикам. Ну призовешь ты его в войска, а он окажется двоюродным братом Шамиля Басаева, боевиком в душе и прекрасным воином на деле, и что тогда? А отбирать призывников по системе «лоялен — не лоялен» невозможно — слишком кропотливая работа, таким образом отбирают людей в спецслужбы, а не в армию. Более того, скажу больше: это не прихоть самого Генштаба, не может такого быть, чтобы подобные решения принимались на нашем уровне… — Врезка К.ру]

Предлагаем подробный анализ военной структуры Чеченской Республики, сделанный редакторами интернет-блога «Толкователь».

Справка «Новой»
Структура армии Рамзана Кадырова на начало 2011 года
Полк вневедомственной охраны при МВД Чечни — «нефтяной» полк — 2400—3000 солдат.
Полк спецназа при МВД Чечни — 1600—1800 солдат.
Батальоны «Север» и «Юг» 46-й дивизии внутренних войск МВД РФ — около 2000 солдат.
Два отдельных полка патрульно-постовой службы — по 1200—1500 солдат в каждом.
Роты охраны комендатур — до 500—1000 солдат.
Две спецроты при бывшей 42-й мотострелковой дивизии — до 300—500 солдат.
ОМОН МВД — 300 солдат.
Персональная охрана Рамзана Кадырова и высших лиц ЧР — около 500 человек.
Численность этих подразделений, укомплектованных лояльными Рамзану Кадырову в этих минимальных пределах, колеблется от 10 тысяч до 12,1 тысячи человек.

Чечня — это единственный регион России, где Кремль согласился на создание местных подразделений, подконтрольных де-факто лишь главе республики. По разным данным, в распоряжении Рамзана Кадырова находится от 10 тысяч до 30 тысяч вооруженных и б

tayni.info

Вооружённые силы Чеченской Республики Ичкерия

История

В результате событий сентября-ноября 1991 года Чеченская Республика фактически вышла из состава Российской Федерации. 1 ноября 1991 года президент Джохар Дудаев подписал указ о государственной независимости Чеченской Республики, 12 марта 1992 года вступила в силу принятая Парламентом ЧР Конституция, согласно которой Чечня провозглашалась «суверенным демократическим правовым государством, созданным в результате самоопределения чеченского народа». 31 марта 1992 года власти ЧР отказались подписать Федеративный договор.[1]

В соответствии с указом Джохара Дудаева № 2 от 8 ноября 1991 года, было учреждено военное министерство, и все военные формирования «независимо от порядка подчинённости» переходили в полное распоряжение министерства. На основании закона ЧР «О президентской деятельности» и указа № 16 от 9 декабря 1991 года. президенту подчинялись «все вооружённые формирования на территории Чеченской республики».[2]

Роль военного ведомства выполнял Главный штаб Вооруженных сил. Начальником Главного штаба являлся генерал-лейтенант Висхан Шахабов (бывший полковник советской авиации), зам.начальника Главного штаба — полковник Аслан Масхадов, начальником Оперативного управления Главного штаба — полковник Али Мацаев.[3]

Основой командного состава чеченской армии стали бывшие офицеры советской армии, у многих из которых был опыт боевых действий в Афганистане и других горячих точках.[4]

Вооруженные силы и правоохранительные органы

Вооруженные силы

Главнокомандующим Вооруженными силами ЧРИ, согласно Конституции, являлся президент республики.

Правоохранительные органы

К правоохранительным органам ЧРИ относились:[5]

  • Министерство внутренних дел (МВД),
  • Национальная служба безопасности (НСБ)

с 97-го года Министерство Государственной Безопасности (МГБ),

  • Министерство Шариатской Государственной Безопасности (МШГБ),
  • Генеральная прокуратура,
  • Антитеррористический центр при президенте ЧРИ

Комплектование

Структура армии

К началу первой Чеченской войны армия Ичкерии состояла из двух бригад, семи отдельных полков и трех батальонов. Президентская гвардия состояла из 2 тыс. человек, подразделения МВД и Департамента госбезопасности Ичкерии включали в себя еще 3,5 тыс. служащих.

В межвоенное время структура и состав вооруженных сил Ичкерии изменялась в зависимости от взаимоотношений центральной власти и многочисленных полевых командиров (Басаев, Радуев, Ямадаев). Так кроме сил подчиненных президенту Чечни Аслану Масхадову действовали:

Оружие и вооружение

Авиация и ПВО

Опознавательные знаки ВВС Ичкерии (1992-1995 гг.)

В результате вывода из Чечни в 1992 году частей Российской Армии было брошено практически всё вооружение, в том числе самолёты и средства ПВО. Из них:
На авиабазе «Калиновская» (подчинённая Армавирскому авиационному училищу:

На авиабазе «Ханкала»:

Стоит отметить, что все самолёты были не боевыми, хотя при определённых обстоятельствах их можно было использовать в качестве штурмовиков. Таким образом, численный состав «ВВС Чеченской Республики Ичкерия» оценивался в 265 самолётов, не считая Ан-2 и двух вертолётов. По данным российской разведки к ноябрю 1994 года исправными и боеспособными было всего лишь около 40% техники, то есть примерно сотня боевых машин. Большая часть ичкерийской авиационной техники была уничтожена на аэродромах в первые же дни Чеченской кампании.
ПВО авиабаз насчитывала:

  • 23 штуки зенитно-артиллерийские установки различных типов;
  • 10 штук ЗРК «Стрела-10»;
  • 7 штук ПЗРК «Игла»;

Имелось и некоторое количество ПЗРК «Стрела-3». По данным некоторых СМИ, у отрядов «моджахедов», имелось некоторое количество ПЗРК «Stinger» американского производства.

Артиллерия

Бронетехника

Стрелковое оружие

Хронология событий

Галерея

Примечания

Ссылки

Wikimedia Foundation.
2010.

dic.academic.ru

Вооружённые силы ЧРИ — это… Что такое Вооружённые силы ЧРИ?

История

В результате событий сентября-ноября 1991 года Чеченская Республика фактически вышла из состава Российской Федерации. 1 ноября 1991 года президент Джохар Дудаев подписал указ о государственной независимости Чеченской Республики, 12 марта 1992 года вступила в силу принятая Парламентом ЧР Конституция, согласно которой Чечня провозглашалась «суверенным демократическим правовым государством, созданным в результате самоопределения чеченского народа». 31 марта 1992 года власти ЧР отказались подписать Федеративный договор.[1]

В соответствии с указом Джохара Дудаева № 2 от 8 ноября 1991 года, было учреждено военное министерство, и все военные формирования «независимо от порядка подчинённости» переходили в полное распоряжение министерства. На основании закона ЧР «О президентской деятельности» и указа № 16 от 9 декабря 1991 года. президенту подчинялись «все вооружённые формирования на территории Чеченской республики».[2]

Роль военного ведомства выполнял Главный штаб Вооруженных сил. Начальником Главного штаба являлся генерал-лейтенант Висхан Шахабов (бывший полковник советской авиации), зам.начальника Главного штаба — полковник Аслан Масхадов, начальником Оперативного управления Главного штаба — полковник Али Мацаев.[3]

Основой командного состава чеченской армии стали бывшие офицеры советской армии, у многих из которых был опыт боевых действий в Афганистане и других горячих точках.[4]

Вооруженные силы и правоохранительные органы

Вооруженные силы

Главнокомандующим Вооруженными силами ЧРИ, согласно Конституции, являлся президент республики.

Правоохранительные органы

К правоохранительным органам ЧРИ относились:[5]

  • Министерство внутренних дел (МВД),
  • Национальная служба безопасности (НСБ)

с 97-го года Министерство Государственной Безопасности (МГБ),

  • Министерство Шариатской Государственной Безопасности (МШГБ),
  • Генеральная прокуратура,
  • Антитеррористический центр при президенте ЧРИ

Комплектование

Структура армии

К началу первой Чеченской войны армия Ичкерии состояла из двух бригад, семи отдельных полков и трех батальонов. Президентская гвардия состояла из 2 тыс. человек, подразделения МВД и Департамента госбезопасности Ичкерии включали в себя еще 3,5 тыс. служащих.

В межвоенное время структура и состав вооруженных сил Ичкерии изменялась в зависимости от взаимоотношений центральной власти и многочисленных полевых командиров (Басаев, Радуев, Ямадаев). Так кроме сил подчиненных президенту Чечни Аслану Масхадову действовали:

Оружие и вооружение

Авиация и ПВО

Опознавательные знаки ВВС Ичкерии (1992-1995 гг.)

В результате вывода из Чечни в 1992 году частей Российской Армии было брошено практически всё вооружение, в том числе самолёты и средства ПВО. Из них:
На авиабазе «Калиновская» (подчинённая Армавирскому авиационному училищу:

На авиабазе «Ханкала»:

Стоит отметить, что все самолёты были не боевыми, хотя при определённых обстоятельствах их можно было использовать в качестве штурмовиков. Таким образом, численный состав «ВВС Чеченской Республики Ичкерия» оценивался в 265 самолётов, не считая Ан-2 и двух вертолётов. По данным российской разведки к ноябрю 1994 года исправными и боеспособными было всего лишь около 40% техники, то есть примерно сотня боевых машин. Большая часть ичкерийской авиационной техники была уничтожена на аэродромах в первые же дни Чеченской кампании.
ПВО авиабаз насчитывала:

  • 23 штуки зенитно-артиллерийские установки различных типов;
  • 10 штук ЗРК «Стрела-10»;
  • 7 штук ПЗРК «Игла»;

Имелось и некоторое количество ПЗРК «Стрела-3». По данным некоторых СМИ, у отрядов «моджахедов», имелось некоторое количество ПЗРК «Stinger» американского производства.

Артиллерия

Бронетехника

Стрелковое оружие

Хронология событий

Галерея

Примечания

Ссылки

Wikimedia Foundation.
2010.

dic.academic.ru

Использование различных видов Вооруженных Сил и родов войск в Первой чеченской кампании

В данной статье делается попытка зафиксировать некоторые особенности боевой работы различных видов Вооруженных Сил и родов войск и поразмышлять над уроками первой чеченской кампании.

 

ВВС

Фронтовой бомбардировщик Су-24 применялся для нанесения ударов по чеченским объектам. Результаты этих ударов далеко не всегда были удовлетворительными.

Через несколько дней после вторжения иракской армии в Кувейт Саддам Хусейн сказал: «США полагаются на свои ВВС, однако ВВС нико­гда не были решающей си­лой в истории войн». Да, Хусейн был прав, со вре­мен первого боевого приме­нения самолетов авиация играла лишь вспомогатель­ную роль, действовала в ин­тересах наземных войск. Но американцы опрокинули ус­тоявшиеся взгляды. 38 суток авиация многонациональных сил наносила бомбоштурмовые удары по важнейшим иракским объектам. Теперь впервые в истории челове­чества не авиация действо­вала в интересах войск, а войска делали все, чтобы ВВС и крылатые ракеты во­енно-морского базирования решили судьбу военных дей­ствий. Наземное наступле­ние должно было лишь за­вершить достижение конеч­ных целей всей операции.

После войны в Персидском за­ливе американцы придут к выводу: решающий фактор победы основывался в большей степени на эффективности ВВС.

Военные теоретики сделают заключе­ние о том, что в будущем огневым поражением могут решаться не только тактические и оператив­ные, но и стратегические задачи. И при этом резко возрастает роль авиации.

Все это произведет настоящую революцию в военной науке, многие радикальные специалисты объявят о «новой эре в военном деле».

Однако наиболее взвешенные практики и тео­ретики, в там числе из США, выступят с предосте­режением, указывая на то, что война в Персидском заливе была уникальной: в силу ее особенностей США получили такие возможности, на которые нельзя рассчитывать в будущем.

Опыт первой чеченской войны доказал вер­ность взвешенной позиции. ВВС Российской ар­мии не имели по существу двух уникальных преи­муществ американцев – местности, предельно под­ходящей для применения авиации, видимости, а также территории, свободной от мирного населе­ния. Оттого и нередко эффективность применения авиации сводилась к нулю.

В локальных войнах авиация выполняла самые разнообразные задачи. Наиболее типичными из них были: борьба за господство в воздухе, поддерж­ка сухопутных войск, высадка и выброска воздуш­ных десантов, ведение воздушной разведки, пере­возка войск и материально-технических средств.

В Чечне операция по захвату господства в воз­духе была решена весьма успешно. 4-я воздушная армия нанесла бомбовые удары и уничтожила дуда­евскую авиацию на взлетно-посадочной полосе, не дав взлететь ни единому самолету.

Дудаев по этому поводу даже прислал теле­грамму в Москву на имя главкома ВВС генерал-полковника Петра Дейнекина:

«Поздравляю Вас и Военно-Воздушные Силы Российской Федерации с победой в завоевании превосходства в воздухе над территорией Чеченской республики Ичкерия. Встретимся на земле. Генерал Дудаев. 14 часов 40 минут. 30.11.94 года».

Штурмовик Су-25 широко применялся в боевых действиях как между бывшими советскими республиками, так и во внутренних конфликтах. Он был одним из основных средств поддержки российских войск в Чечне.

Подобных примеров в истории локальных войн не так уж много, хотя всегда противники старались обеспечить себе полное воздушное господство. Здесь удача сопутствовала американцам во время войны в Корее, когда ВВС США на­несли удары по одиннадцати только что построен­ным, но еще не занятым аэродромам. На всех аэродромах были разрушены ВПП, и как результат – корейская воздушная армия базировалась на терри­тории Китая, на достаточно большом удалении от линии фронта. А это не давало возможности корей­ским летчикам поддерживать и прикрывать свои войска с воздуха.

Известен также одновременный удар израиль­ской авиации по 25 аэродромам арабских стран в 1967 году. Общие потери ВВС арабов составили то­гда 60% от первоначальной численности самолет­ного парка, В результате уже в первый день боев израильские ВВС завоевали превосходство в возду­хе.

С нападения на иракские аэродромы, авиаба­зы, пункты управления авиацией началась опера­ция «Буря в пустыне» в 1991 году. Для нанесения ударов здесь привлекались не только военно-воздушные силы, но и ракетные войска. Однако, не смотря на это, Ираку удалось сохранить значительную часть своих самолетов и вертолетов, укрытых бункерах и специальных ангарах. Хотя впоследствии действия иракских ВВС были крайне ограниче­ны из-за разрушения взлетно-посадочных полос.

Что же касается других задач авиации, то в первом чеченском конфликте они полностью при­сутствовали. Приходилось поддерживать с воздуха выдвижение колонн десанта и сухопутных войск, ведь они со всех направлений, за исключением, по­жалуй, южного, подвергались жестоким атакам.

Наносились удары по военным объектам и вооруженным формированиям противника. И вот туг пресса была полна упреков, что, мол, наши лет­чики далеко не чета американцам, не умеют использовать высокоточное оружие, наносить точеч­ные удары. На эти упреки можно было бы ответить проще – не умеют. Да и откуда умению взяться, ко­ли на то время у пилотов-бомбардировщиков было всего по 80 часов налета в год.

Однако есть другой, более аргументированный ответ. Погода на Северном Кавказе 1 декабря 1994 года оказалась не чета ближневосточной. Низкая облачность, снегопады, туманы сопровождали на­ших пилотов. Какое уж тут применение высокоточного оружия – бомб и ракет, корректируемых по траектории лазером им телеаппаратурой! Их просто невозможно использовать. И это не сделал бы никто — ни американец, ни француз, ни англичанин. Ведь для их использования надо как ми­нимум лазер или телекамеру навести на цель на земле. А если из-за сплошной облачности земли вообще не видно, о каких точечных ударах может идти речь? Но, видать, нет пророка в своем отечестве. «Жвачку» о точечных ударах некоторые «спецы» жу­ют до сих пор, лишь речь зайдет о Чечне.

 

ТАНКОВЫЕ ВОЙСКА

Крайне больная и спорная тема – при­менение бронетехники в боях за Грозный федераль­ными войсками.

Вообще следует сказать, что применение танков в локальных конфликтах дело не новое. Масштабы и способы их использования были различными и зависели во многом от географических ус­ловий театра военных действий. Так, в условиях горной местности в Корее танки двигались вдоль дорог и в долинах. Они действовали либо впереди пехоты, либо за ней. Во Вьетнаме бронетанковые войска кроме обычных выполняли также некоторые специфические задачи – прочесывали мест­ность, сопровождали колонны на марше, вели разведку, проделывали проходы в минных полях, гото­вили колонные пути в зарослях джунглей.

Здесь танки применялись в составе небольших подразделений, как правило, в звене взвод – рота.

В ходе арабо-израильской войны 1973 года танковые войска использовались уже крупными си­лами. Этому способствовала широкодоступная ме­стность. Израиль для наступления на направлениях главного удара создавал оперативные группы в 3 – 4 бронетанковые и 1 – 2 механизированные бригады. В эти группы включались еще подразделения само­ходной артиллерии, ПТУРОв, ПВО и инженерных войск. Как показал опыт ведения боев, такой со­став был оптимальным, обеспечивал достаточную самостоятельность и позволял развивать наступле­ние в высоких темпах на большую глубину.

Наряду с массированным применением броне­техники израильтяне использовали для самостоя­тельных действий и мелкие группы танков (взвод, рота). В отсутствие сплошного фонта эти группы проникали в тыл противника, уничтожали штабы, узлы связи, боевую технику, вносили дезорганиза­цию, нарушали управление войсками.

Тактика мелких танковых групп позволила до­стичь израильтянам серьезного успеха на западном берету Суэцкого канала.

19 октября 1973 года израильское командова­ние переправило на западный берег Стада двенад­цать танковых групп (по 4 – 10 танков в каждой). Они проникли через боевые порядки египетских войск в тыл и уничтожили большое количество ра­кетной техники, нарушили управление войсками, нанесли существенный удар по подходящим резер­вам.

В Ливане в 1982 году израильтяне уже исполь­зовали бронетанковые части в качестве главной ударной силы.

В ирано-иракской войне танки также продол­жали оставаться главной ударной силой сухопутных войск. Противоборствующие стороны применяли бронетанковые соединения на главных направлениях для выполнения оперативно-тактических и так­тических задач.

В ходе оборонительных боев на Ближнем и Среднем Востоке танковые войска использовались для повышения ее устойчивости и активности. Од­нако за все последние десятилетия трудно отыскать в истории локальных войн применение танков в го­родских боях. Как известно, бой в городе – труд­нейший вид боя. Вот как сказано о нем в одном из документов по итогам военной операции: «Мы оказались не готовы воевать в городских и горных ус­ловиях. Армия столкнулась со значительными трудностями при ведении продолжительных боев, в кото­рых пехота была бы главной ударной силой.

Сгоревшие в боях за Грозный танк Т-80Б и КШ Р-145. Январь 1995 г.

Несостоятельными оказались отработанные тактические приемы, предусматривающие опережа­ющие действия танков. Основную часть тяжести продвижения вперед в горных и городских условиях вы­нуждены были взять на себя мелкие пехотные под­разделения».

«Так это же о Чечне» — скажет всякий прочи­тавший. Нет, не о Чечне, хотя о ней можно сказать то же самое. Этим истинам ни много ни мало пол­тора десятка лет. Их выстрадали израильские солда­ты и командиры в ходе вторжения в Ливан в 1982 году.

Надо отметить, что у нашей армии и свой богатый опыт городских боев. Вспомним Великую Оте­чественную войну – сотни городов приходилось брать советским войскам. Но тогда в чем же дело? Как случилось, что весь мир обошли леденящие ду­шу телесюжеты – горящая факелами российская бронетехника на улицах Грозного?

Потери, как оказалось потом, были не так уж и велики. Но 90 процентов этой техники оказалась уничтоженной в первые три дня январских боев. Зарубежные СМИ поторопятся назвать наш Т-80 «грудой металла», распишут его «слишком тонкую броню», уязвимость боеукладки, легковоспламеняюшийся газотурбинный двигатель.

«В связи с неудачами России во время чеченской войны, — заявит газета «Бостон глоб», — возникли воп­росы о том, представляла ли ее армия когда-нибудь серьезную угрозу Западной Европе. Сейчас создается впечатление, что даже те ее военные системы, ко­торые больше всего расхваливались, на самом деле не заслужили таких похвал. Так, Т-80, основной средний танк Российской армии, вызывавший у руководства Пентагона ночные кошмары в последнее десятилетие «холодной войны», оказался просто грудей метший на полях сражений в Чечне».

Так ли это? Попыта­емся разобраться. Как из­вестно, Т-80 выигрывает у своих конкурентов дальности воздействий огня. Он способен не подпус­тить бронетехнику противника на 5 километров, а конкуренты всего на 2,5 километра. Наш танк об­ладает умением поражать цели с ходу как управляе­мыми, так и неуправляе­мыми боеприпасами.

Вот как об этом на­писали «Известия» в своем репортаже с выставки вооружений, прошедшей в Абу-Даби в марте 1995 года: «И даже известный уже танк Т-80УК, который, несмотря на критику рос­сийского министра обороны, в очередной раз сорвал аплодисменты зрителей, когда с первого выстрела и не останавливая, подобно своим западным конкурен­там, стремительное движения, поражал мишени».

У российского танка значительно большая бое­вая скорострельность. Американские и немецкие танки не имеют автомата заряжания, соответственно, в состав экипажа входит заряжающий.

Ко всему сказанному следует добавить, что иностранные машины тяжелее Т-80 в среднем на 12 — 16 тонн, что существенно снижает их живу­честь,

Все так и обстоит, однако эти качества не по­могли танку на улицах Грозного. У него оказались слабые бортовые и кормовые проекции. Если ку­мулятивная струя попадала в борт и далее в снаряд в боеукладке, нередко происходила детонация все­го боекомплекта. Оказывается, это случалось из-за вертикального расположения снарядов в транс­портере автомата заряжания. Верхний срез катка эффективно играл роль дополнительного экрана. В Т-72 снаряды в транспортере автомата заряжа­ния находятся в горизонтальном положении и потому случаев детонации не было.

В свое время, создавая Т-80, конструкторы стремились увеличить скорострельность боевой ма­шины и потому снаряды не положили, как обычно, а поставили. Выявила этот недостаток только война. Что ж, действительно, до конца боевую технику можно проверить лишь в бою. И тем не менее, все ли было сделано для успешной эксплуатации того же Т-80 да и других образцов бронетехники на чеченских улицах?

Увы, с прискорбием надо сказать, ни один танк, ни одна боевая машина не подверглись мо­дернизации накануне чеченской войны. Их и не ду­мали приспосабливать для боев в городе. Но ведь во всем мире есть общепринятая система «доводки» и модернизации боевой техники в соответствии с требованиями театра боевых действий. Так, нака­нуне войны в Персидском заливе танки «Абрамс» были оснащены дополнительной защитой от воз­действия солнца, дополнительными бронированны­ми щитками и системой повышения живучести. А двигатели вертолетов – сепараторами посторонних частиц и специальными лопастями для условий пу­стыни. Изменения, внесенные в зенитно-ракетный комплекс «Пэтриот», увеличили его точность, даль­ность и поражающую способность.

В докладе американскому конгрессу об итогах войны в Персидском заливе министр обороны США сообщал: «До начала наступательной кампании все требования Центрального командования по модернизации были удовлетворены. Модернизация преподнесла важный урок: современные боевые возмож­ности – залог успеха вооруженных сил США в современной войне.

Однако, как известно, между нами и американцами дистанция огромного размера. Может, у нас и в природе не существует этих самых систем защиты бронетехники? Нет, оказывается, сушествуют. Да еще какие! После первых неудач нашей бронетехники в Чечне в Кубинке, на полигоне, мы всему миру продемонстрировали так называемую динамическую защиту. БМП-3 расстреливали в упор с 30 метров из противотанкового гранатомета. Противоосколочная броня боевой машины действительно выдержала попадания кумуля­тивной гранаты РПГ, запросто пробивающей 400 – 500-мм броню. А встроенная динамическая защита танков выдержала как бронебойно-подкалиберный снаряд, так и кумулятивный. Т-72, оснащенный противокумулятивной решеткой, стоял к гранато­мету самой слабой своей частью – бортом – и поражен не был. Однако в Кубинке конструкторы ору­жия продемонстрировали и еще один вид зашиты – активную защиту. Удары наносились из ПТУР «Конкурс» и РПГ. Цель оказалась непораженной. Ни один снаряд до брони не дошел, а был разрушен на подлете в 6-7 метрах от борта машины.

Но где была эта защита в те дни, когда наши танки как свечи горели на улищх чеченской столицы?

На этот вопрос тогдашний начальник Главного автобронетанкового управления Министерства обороны России генерал-полковник Александр Галкин ответил так: «Для того, чтобы такую защиту поставить на каждую боевую машину в Чечне, нужны деньги. А у нас их нет».

 

ВОЗДУШНО-ДЕСАНТНЫЕ ВОЙСКА

Локальные воины богаты примерами исполь­зования воздушно-десантных войск. Задачи, кото­рые решали десантники, всегда разнообразны. Тут и захват важнейших объектов в тылу противника, ор­ганизация засад на пути выдвижения противника из глубины, наращивание темпов наступления, дезорганизация управления войсками противника.

В ходе боевых действий в Корее американцы неоднократно высаживали десанты. В октябре 1950 года в районах Сукчен и Сунгон, в марте 1951 года в районе Мунсон. Численность личного состава дос­тигала 6 тысяч, глубина десантирования — 30-45 километров, продолжительность самостоятельных действий — 1,5 суток.

Применялись также и мелкие десанты – до не­скольких сот человек. Их десантирование проходи­ло как парашютным, так и посадочным способом.

В Корее впервые в истории войн был применен вертолетный десант.

Война во Вьетнаме потребовала наращивания парашютно-десантных войск. Дело в том, что здесь были весьма сложные условия местности, слабо оборудован театр военных действий, широка сеть партизанского движения,

Колонна БМД-1 на марше. В Чечне десантники применялись преимущественно в роли мотострелковых подразделений.

Особенно интенсивно воздушно-десантные войска использовались израильтянами в ходе арабо-израильской войны 1967 года. Тактические десанты прорывали оборону египетских войск, использовались для закрепления и удержания рубежей, выпол­няли роль передовых отрядов при преследовании противника. Глубина выброски была такова, чтобы ТВД мог соединиться с войсками, действующими с фронта, на первый-второй день операции.

В ирано-иракской войне масштабы примене­ния десантов были весьма незначительны, как пра­вило, силой до роты на тактическую глубину. Соот­ветственно и задачи – диверсии на коммуникациях, уничтожение узлов связи, пунктов управления, складов, ведение разведки. Взаимодействие десан­тов с основными силами носило слабую организа­цию и потому должного эффекта не давало.

Широко использовали возможности ВДВ аме­риканцы в войне с Ираком в зоне Персидского залива.

Так, 24 февраля 1991 г. в районе аэропорта Эль-Кувейт был высажен воздушный десант в составе двух два усиленных парашютно-десантных батальонов войск США. Поставленная задача гласила: захватить аэропорт и удерживать его до подхода передовых частей 2-й экспедиционной дивизии морской пехоты.

Действия воздушного десанта были скоордини­рованы с вертолетным десантом пехоты, высажен­ным на побережье в южной части Эль-Кувейта, а также с авиацией и корабельной артиллерией. Задача была выполнена. Через сутки с небольшим де­сант соединился с наступающими частями.

Были и еще десанты — воздушно-штурмовая бригада 101-й воздушно-штурмовой дивизии десан­тировалась на направлении главного удара 3-го ар­мейского корпуса США.

Высадка бригады осуществлялась на глубину 70 километров с целью захвата дорог западнее Раха-ил с тем, чтобы воспрепятствовать отходу отступающих иракских частей в направлении Баера и обеспечить развитие наступления главных сил 3-го ар­мейского корпуса.

Задача бригадой была выполнена. Ее силы к исходу 25 февраля соединились с наступающими частями 24-й дивизии.

На завершающем этапе операции «Буря в пус­тыне» американское командование также осущест­вило высадку на западном направлении трех десантов.

Теперь о Чечне. Впервые в классическом понимании воздушный десант был применен лишь под Ведено. Десант высаживался посадочным спо­собом с целью захвата главных хребтов. Действия наших войск оказались стремительными и неожи­данными для противника. Враг был ошеломлен. Десант совместно с 24-м мотострелковым полком нанес мощное огневое поражение, и дудаевский укрепрайон Ведено пал.

Вот как оценил операцию под Ведено коман­дующий Объединенной группировкой войск Ми­нистерства обороны Российской Федерации гене­рал-лейтенант Геннадий Трошев: «Можно сказать, что Ведено мы взяли без особого труда потому, что все предшествующие мероприятия были выполнены четко, каждый род войск, каждое подразделение действовали организованно, умело. Почти неожиданно­стью для противника стало применение тактических воздушных десантов».

К сказанному остается добавить, что десант применяется также и на шатойском направлении.

Если же говорить о применении воздушно-де­сантных войск в общем, в первом чеченском воен­ном конфликте, то здесь прослеживается одна зако­номерность: пожалуй, не было другой такой локаль­ной войны, где бы так широко применялись воз­душно-десантные войска, но не как десант, а как пехота, с задачами, характерными лая мотострелко­вых соединений и частей. Нет, это не новый такти­ческий прием, не шаг вперед в теории военного искусства, а скорее, шаг назад. Воздушно-десант­ные части были брошены вместо мотострелков, по существу, за неимением сухопутных войск в России. На бумаге они, конечно, существовали, на деле же их укомплектованность оказалась слишком низкой, чтобы хоть отдаленно претендовать на звание бое­способных частей. Свидетельство тому слова глав­кома Сухопутных войск о том, что на начало чечен­ской войны у России не было даже одной укомплек­тованной по полному штату, боеспособной дивизии.

 

АРТИЛЛЕРИЯ

Важнейшим средством подавления противника и поддержки войск является артиллерия. Опыт ло­кальных конфликтов показал, что в горно-лесистой местности, в джунглях наиболее эффективны гауби­цы и минометы. На открытой местности — ПТУРСы. Так, в арабо-израильской войне они произвели на­стоящую революцию. У египтян, к примеру, ПТУР­Сы составили всего 11 процентов от всех противотанковых средств, но на их долю пришлось 50 про­центов всех уничтоженных израильских танков.

Еще Великая Отечественная война доказала действенность самоходной артиллерии, а война 1967-го вновь подтвердила это правило. Если у американцев во Вьетнаме удельный вес самоходок со­ставлял немногим более 20 процентов, то уже в 1973 году израильтяне имели 70 процентов самоходной артиллерии. Более того, было признано целесооб­разным оснастить самоходками бригадную и пол­ковую артиллерию.

Принципы боевого применения артиллерии, способы маневра во многом зависели от специфи­ческих условий обстановки и театра военных дейст­вий.

В войнах в Корее и на Ближнем Востоке артиллерия применялась централизованно. Во Вьет­наме, Алжире, Анголе, наоборот, принцип массиро­вания не нашел применения, и она работала от­дельными дивизионами, батареями, а то и орудия­ми,

В сравнении со Второй мировой войной артил­лерийские группировки стали более совершенны­ми, мобильными, меньшими по составу, но способ­ными решать больший объем задач.

Все это было характерно для артиллерийских формирований, создававшихся с целью обеспечения  боевых действий соединений и частей в Чечне, однако и тут имелись свои особенности, правда, мало связанные со спецификой региона, но больше с жесточайшим политическим прессингом. Неод­нократно в разгар боевых действий из центра звуча­ла команда — прекратить огонь, не применять тяже­лую артиллерию якобы из гуманных соображений. Однако законы войны жестоки и безжалостны – гуманизм к одним оборачивается кровью, потерями, смертями для других.

Вот что в свое время сказал о политических за­претах на применение авиации и артиллерии гене­рал Лев Рохлин: «Война полумерами не ведется, если уже она начата. До вступления в бой пехоты должна сказать свое слово артиллерия».

А главнокомандующий многонациональными силами генерал Норман Шварцкопф, отвечая на подобный вопрос, пошел еще дальше. Вот его мне­ние: «Самый кошмарный сценарий развития собы­тий для нас был бы, если был мы должны были прорываться через укрепленную оборону противни­ка… Это был бы действительно кошмарный сцена­рий».

Нашу армию политики то и дело заставляли идти на необработанную ни авиацией, ни артилле­рией укрепленную оборону чеченцев. Воистину кошмарный сценарий.

Он дополнялся еще и тем, что на день начала первой чеченской войны в российских войсках не­комплект офицеров-артиллеристов был равен 3 тысячам человек. Вдумайтесь в эту цифру: в дивизи­онах порою оставались единицы офицеров. О ка­кой успешной войне могла идти речь?

 

МОРСКАЯ ПЕХОТА


Морпехи в Грозном, 1995 г.

В стороне от локальных войн никогда не оста­вались силы флота, и особенно морская пехота – от­борные, хорошо обученные войска.

В Корее – это Инчхонская и Вонсанская де­сантные операции в ходе которых морские пехо­тинцы наносили удар во фланг в интересах сухо­путных войск, наступающих на приморских направ­лениях.

Известны также случаи высадки морских де­сантов в Порт-Саиде и Порг-Фуаде в ходе англо-франко-израильской войны против Египта в 1956 году, десант США в Ливане в 1958 году, который осуществлялся с целью захвата военно-морских баз, приморских городов, узлов прибрежных коммуникаций. В Южном Вьетнаме с помощью высадки морского десанта американцы проникли вглубь джунглей и не допускали использования вьетнамцами рек, озер для налетов на свои тылы.

Чеченская Республика находится вдалеке от моря. Однако морские пехотинцы практически всех российских флотов принимали участие в боевых действиях, так же, как и десантники, в составе ударных штурмовых групп сухопутных войск. Надо сказать, что морпехи России проявили исключи­тельное мужество и героизм в боях за город Гроз­ный.

 

СВЯЗЬ

Опыт локальных войн – это опыт развития свя­зи. Если в Корее для управления войсками исполь­зовались средства связи времен Второй мировой войны, то в Индокитае у тех же американцев была уже стратегическая связь с метрополией, оператив­но-тактическая внутри ТВД и тактическая в диви­зионном звене.

Продолжали совершенствоваться средства свя­зи в арабо-израильских войнах. В локальных войнах 80-х годов на передний план вышла проблема со­вершенствования космических систем. В период боев в Персидском заливе были применены новые поколения автоматизированных систем управления.

В период чеченских войн России в средствах связи похвалиться было нечем. Как ни при­скорбно дня уха россиянина прозвучат слова амери­канцев, но в них горькая правда:

«Война (в Персид­ском заливе) показала, что мы должны сохранить наше преимуществе в разработке военной технологии, в которой мы находимся на поколение впереди. Для сохранения нашего преимущества потребу­ется постоянное наращивание усилий по исследованиям и разработке, а также по предотвращению распыления передовых военных технологий…»

 

РАЗВЕДКА

Одним из важнейших видов обеспечения бое­вых действий в ходе локальных войн является раз­ведка.

В течение нескольких лет до конфликта в зоне Персидского залива разведка США проявляла боль­шой интерес к Ираку. Однако активная деятель­ность контрразведки при правящих режимах ирак­ской партии БААС затрудняла сбор разведданных. Гражданам Ирака запрещалось иметь контакты с иностранцами до такой степени, что для пользования междугородным телефоном и почтовой связью нужно было иметь разрешение министра внутрен­них дел. Граждане Ирака, и особенно иностранцы, находились под неусыпным наблюдением службы безопасности. Из-за тяжелых условий сбора информации США не имели достаточных сведений о мас­штабах и местах расположения ядерных, химиче­ских и бактериологических объектов.

По мере тот, как требования Ирака об уходе США из районов Персидского залива становились все более настойчивыми, руководство разведки Объединенного Центрального командования ВС сосредоточило свое внимание на Ираке. И каков же результат этой работы?

Вот мнение весьма компетентных лиц.

Генерал Колин Пауэлл тогдашний председа­тель Объединенного Комитета начальников штабов: «Разведывательное обеспечение операции «Щит пустыни» и «Буря в пустыне» было полным успехом».

Генерал Норман Шварцкопф, главнокоманду­ющий Ощетиненным Центральным командовани­ем ВС США: «Наша великая победа в операции «Буря в пустыне» и минимальные потери наших войск и войск наших союзников напрямую связаны с отличной работой разведки».

В Чечне ситуация была в корне иная. Главное разведуправление Вооруженных Сил, как известно, на своей территории разведку не ведет. Стало быть, вся тяжесть обеспечения руководства страны дан­ными о военной силе и намерениях дудаевского ре­жима накануне войны ложилась на ФСК.

Заместитель директора ФСК генерал-лейте­нант В. Соболев в марте 1995 года заявил, что в мо­мент ввода войск у контрразведки была вся инфор­мация о вооружении и военных формированиях Ду­даева.

Правда, у высокопоставленного кремлевского чиновника – руководителя Администрации Прези­дента, которым был тогда Сергей Филатов, иное мнение: «Надо признать, — заявил он в интервью «Московским новостям», — мы все были дезинформированы. Прежде всего относительно боеспособности дудаевских отрядов и подготовки к такой акции Российской армии. А сам шеф ФСК в ту пору, генерал Степашин, на упрек журналистов ответил коротко и ясно: «Мы не разведка, а контрразведка».

(Н.Федоров, «Солдат удачи»)

www.modernarmy.ru

Вторая чеченская война — Википедия РУ

После подписания Хасавюртовских соглашений и вывода российских войск в 1996 году мира и спокойствия в Чечне и прилегающих к ней регионах не наступило.

Чеченские криминальные структуры безнаказанно делали бизнес на массовых похищениях людей. Регулярно происходил захват заложников с целью выкупа — как официальных российских представителей, так и иностранных граждан, работавших в Чечне — журналистов, сотрудников гуманитарных организаций, религиозных миссионеров и даже людей, приезжавших на похороны родственников. В частности, в Надтеречном районе в ноябре 1997 года были захвачены два гражданина Украины, приехавшие на похороны матери, в 1998 году в соседних республиках Северного Кавказа регулярно похищались и вывозились в Чечню турецкие строители и бизнесмены, в январе 1998 года во Владикавказе (Северная Осетия) похищен гражданин Франции, представитель Верховного комиссара ООН по делам беженцев Венсент Коштель. Он был освобождён в Чечне 11 месяцев спустя, 3 октября 1998 г. в Грозном похищены четыре сотрудника британской фирмы «Грейнджер телеком» (в декабре они были жестоко убиты и обезглавлены[18]). Бандиты наживались на хищениях нефти из нефтепроводов и нефтяных скважин, производстве и контрабанде наркотиков, выпуске и распространении фальшивых денежных купюр и нападениях на соседние российские регионы. На территории Чечни были созданы лагеря для обучения боевиков — молодых людей из мусульманских регионов России. Сюда направлялись из-за рубежа инструкторы по минно-подрывному делу и исламские проповедники. Значительную роль в жизни Чечни стали играть многочисленные арабские добровольцы. Главной их целью стала дестабилизация положения в соседних с Чечнёй российских регионах и распространение идей сепаратизма на северокавказские республики (в первую очередь Дагестан, Карачаево-Черкесия, Кабардино-Балкария).

В начале марта 1999 года в аэропорту Грозного террористами был похищен полномочный представитель МВД РФ в Чечне Геннадий Шпигун.[19] Для российского руководства это было свидетельством того, что президент ЧРИ Масхадов не в состоянии самостоятельно бороться с терроризмом.[20] Федеральный центр предпринял меры по усилению борьбы с чеченскими бандформированиями: были вооружены отряды самообороны и усилены милицейские подразделения по всему периметру Чечни, на Северный Кавказ были отправлены лучшие оперативники подразделений по борьбе с этнической организованной преступностью, со стороны Ставрополья были выставлены несколько ракетных установок «Точка-У», предназначенных для нанесения точечных ударов.[19][20] Была введена экономическая блокада Чечни, приведшая к тому, что денежный поток из России стал резко иссякать. Из-за ужесточения режима на границе всё труднее стало переправлять в Россию наркотики и захватывать заложников. Бензин, изготавливаемый на подпольных заводах, стало невозможно вывезти за пределы Чечни. Была также усилена борьба с чеченскими преступными группировками, активно финансировавшими боевиков в Чечне. В мае-июле 1999 года чечено-дагестанская граница превратилась в милитаризованную зону. В результате доходы чеченских полевых командиров резко сократились и у них возникли проблемы с закупкой оружия и платой наёмникам.[19][21] В апреле 1999 года главкомом внутренних войск был назначен Вячеслав Овчинников, успешно руководивший рядом операций во время Первой чеченской войны.[19] В мае 1999 года российские вертолёты нанесли ракетный удар по позициям боевиков Хаттаба на реке Терек в ответ на попытку бандформирований захватить заставу внутренних войск на чечено-дагестанской границе. После этого глава МВД Владимир Рушайло заявил о подготовке крупномасштабных превентивных ударов.[19]

Тем временем чеченские бандформирования под командованием Шамиля Басаева и Хаттаба готовились к вооружённому вторжению в Дагестан. С апреля по август 1999 года, проводя разведку боем, они только в Ставрополье и Дагестане совершили более 30 вылазок, в результате которых погибли и получили ранения несколько десятков военнослужащих, сотрудников правоохранительных органов и гражданских лиц.[3][19] Поняв, что на кизлярском и хасавюртовском направлениях сосредоточены наиболее сильные группировки федеральных войск, боевики решили нанести удар по горной части Дагестана. При выборе этого направления бандформирования исходили из того, что там нет войск, а в кратчайшие сроки перебросить силы в этот труднодоступный район не удастся. Кроме того, боевики рассчитывали на возможный удар в тыл федеральных сил со стороны Кадарской зоны Дагестана, с августа 1998 года контролируемой местными ваххабитами.[22]

Как отмечают исследователи, дестабилизация обстановки на Северном Кавказе была выгодна многим. Прежде всего исламским фундаменталистам, стремящимся к распространению своего влияния на весь мир, а также арабским нефтяным шейхам и финансовым олигархам стран Персидского залива, не заинтересованным в начале эксплуатации нефтегазовых месторождений Каспия.[22]

7 августа 1999 с территории Чечни было совершено массированное вторжение боевиков в Дагестан под общим командованием Шамиля Басаева и арабского полевого командира Хаттаба. Ядро группировки боевиков составляли иностранные наёмники и бойцы «Исламской международной миротворческой бригады»,[3] связанной с «Аль-Каидой».[23] План боевиков по переходу на их сторону населения Дагестана провалился, дагестанцы оказали вторгшимся бандитам отчаянное сопротивление.[24] Российские власти предложили ичкерийскому руководству провести совместную с федеральными силами операцию против исламистов в Дагестане. Было также предложено «решить вопрос о ликвидации баз, мест складирования и отдыха незаконных вооруженных формирований, от которых чеченское руководство всячески открещивается».[25][26] Аслан Масхадов на словах осудил нападения на Дагестан и их организаторов и вдохновителей, однако реальных мер для противодействия им не предпринял.

Более месяца шли бои федеральных сил с вторгшимися боевиками, закончившиеся тем, что боевики были вынуждены отступить с территории Дагестана обратно в Чечню. В эти же дни — 4—16 сентября — в нескольких городах России (Москве, Волгодонске и Буйнакске) была осуществлена серия террористических актов — взрывы жилых домов.

Учитывая неспособность Масхадова контролировать ситуацию в Чечне,[27] российским руководством было принято решение о проведении военной операции по уничтожению боевиков на территории Чечни. 18 сентября границы Чечни были блокированы российскими войсками.

  Тела погибших солдат комендантской роты в расположении комендатуры, 2000 г.

23 сентября президент России Борис Ельцин подписал указ «О мерах по повышению эффективности контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации». Указ предусматривал создание Объединённой группировки войск на Северном Кавказе для проведения контртеррористической операции.[24]

23 сентября российские войска начали массированные бомбардировки Грозного и его окрестностей, 30 сентября они вошли на территорию Чечни.

Сломив сопротивление боевиков силами армейских частей и внутренних войск МВД (командование российских войск успешно применяет военные хитрости, такие, к примеру, как заманивание боевиков на минные поля, рейды по тылам противника и многие другие), Кремль сделал ставку на «чеченизацию» конфликта и переманиванию на свою сторону части элиты и бывших участников чеченских вооружённых формирований. Так, во главе прокремлёвской администрации Чечни в 2000 стал бывший сторонник сепаратистов, главный муфтий Чечни Ахмат Кадыров. Боевики, напротив, сделали ставку на интернационализацию конфликта, вовлекая в свою борьбу вооружённые отряды нечеченского происхождения. К началу 2005, после уничтожения Масхадова, Хаттаба, Басаева, Абу аль-Валида и многих других полевых командиров, интенсивность диверсионно-террористической деятельности боевиков значительно снизилась. За 2005—2008 в России не было совершено ни одного крупного теракта, а единственная масштабная операция боевиков (Рейд на Кабардино-Балкарию 13 октября 2005) завершилась полным провалом. Однако с 2010 года отмечены несколько крупных терактов (см. Взрывы в московском метро (2010), Террористический акт во Владикавказе (2010), Террористический акт в аэропорту Домодедово).

Генерал КГБ Филипп Бобков в 2005 году дал такую характеристику действиям чеченского сопротивления: «Эти операции мало чем отличаются от боевых действий израильтян до создания их государства на территории Палестины, а затем палестинских экстремистов на территории Израиля или ныне албанских вооруженных формирований в Косово»[28].

30 сентября 1999 года подразделения российской армии со стороны Ставропольского края и Дагестана вошли на территорию Наурского и Шелковского районов Чечни.

К декабрю 1999 года федеральные силы взяли под контроль всю равнинную часть территории Чечни.

26 декабря 1999 года началась осада Грозного. К 6 февраля 2000 года Грозный был взят под контроль федеральных сил.

22—29 февраля 2000 года — Сражение за Шатой.

5—20 марта 2000 года — Битва за село Комсомольское. Завершение активной фазы операции по освобождению Чечни.

8 марта 2005 года — в ходе спецоперации ФСБ в Чечне ликвидирован президент самопровозглашённой ЧРИ Аслан Масхадов.

13 октября 2005 года произошло нападение боевиков на город Нальчик (Кабардино-Балкария). Последняя крупная операция боевиков.

10 июля 2006 года — в Ингушетии уничтожен один из главарей боевиков Шамиль Басаев.

С 16 апреля 2009 года режим контртеррористической операции на территории Чечни был отменён.

16 апреля 2009 года в Шатойском районе произошёл бой между участниками вооружённых формирований и военными[29].
Боевики, ведущие партизанскую войну, активизировались, участились случаи террористических актов. Начиная с осени 2009 был проведён ряд крупных спецопераций по ликвидации бандформирований и лидеров боевиков. В ответ была совершена серия терактов, в том числе, впервые за долгое время, в Москве.

Боевые столкновения, теракты и полицейские операции активно происходили не только на территории Чечни, но и на территории Ингушетии, Дагестана, и Кабардино-Балкарии. На отдельных территориях неоднократно временно вводился режим КТО. Например, 20 апреля режим КТО вводился в Итум-Калинском и части Веденского района. А 23 апреля в «зону проведения КТО» попали вся территория Веденского, Шатойский и часть предгорного Шалинского района Чечни.[30]
Многие жители Чечни заявляли, что не почувствовали перемен в республике после отмены КТО, а сама отмена режима, по их мнению, носила формальный характер и преследовала, в первую очередь, политические цели.[30]

Руководители Регионального оперативного штаба по проведению контртеррористической операции на Северном Кавказе (2001—2006 гг.)

Региональный оперативный штаб (РОШ) создан Указом Президента Российской Федерации от 22 января 2001 г. № 61 «О мерах по борьбе с терроризмом на территории Северо-Каваказского региона Российской Федерации».

В 2006 году на базе РОШ создан Оперативный штаб Чеченской республики по проведению контртеррористической операции.

Командующие Объединённой группировкой войск (сил) по проведению контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации (с 1999 г.)

Объединённая группировка образована Указом Президента Российской Федерации от 23 сентября 1999 г. № 1255с «О мерах по повышению эффективности контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации».

В октябре 2000 года организация Human Rights Watch (HRW) опубликовала свой 99-страничный доклад «Добро пожаловать в ад», о том, как российскими войсками были задержаны тысячи чеченцев, при этом многие без каких бы то ни было доказательств правонарушений. Охранники центров содержания под стражей систематически избивали чеченских заключённых, некоторые из которых также подвергались изнасилованиям или другим формам пыток. Большинство из них были освобождены только после того, как их семьи заплатили крупные взятки российским чиновникам. HRW отметила, что, несмотря резолюцию Комиссии ООН по правам человека, призывающую Россию срочно создать национальную комиссию по расследованию, которая установила бы ответственность за злоупотребления, российские власти не допускают «любых заслуживающих доверия и прозрачных усилий по расследованию этих нарушений и привлечению виновных к ответственности»[35].

В марте 2001 года HRW в своём докладе указала восемь не обозначенных захоронений в Чечне, которые были обнаружены в 2000—2001 годах[36]. Также организацией были отмечены восемь случаев, когда тела бросались по обочинам дорог, на территории госпиталей и других местах. Общество «Мемориал» также зафиксировало много подобных случаев. Большинство этих тел имело следы выстрелов с близкого расстояния, характерные для внесудебных расправ, и увечья. Врачебные осмотры некоторых жертв показали, что часть увечий была нанесена ещё живым людям[37], что указывает на факты применения жестоких пыток по отношению к жертвам. 29 марта 2001 года Верховный комиссар ООН по правам человека Мэри Робинсон призвала к тщательному исследованию массовых захоронений в Чечне[38]

В 2003 году местные жители и правозащитники утверждали, что фрагменты взорванных тел находили по всему разрушенному войной региону. Критики говорили, что вместо того, чтобы положить конец нарушениями прав человека, военные всячески пытаются скрыть их[39]. Семьи убитых сообщали, что российские войска вымогают выкуп за тела жертв[40]. 31 марта 2003 года Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации Олег Миронов призвал власти открыть места массовых захоронений для идентификации тел, установления причин смерти и захоронения. В то же время, Миронов отклонил предложение Парламентской ассамблеи Совета Европы о создании международного трибунала для расследования предполагаемых военных преступлений, совершенных в Чечне[41].

http-wikipediya.ru

Вторая чеченская война — WiKi

После подписания Хасавюртовских соглашений и вывода российских войск в 1996 году мира и спокойствия в Чечне и прилегающих к ней регионах не наступило.

Чеченские криминальные структуры безнаказанно делали бизнес на массовых похищениях людей. Регулярно происходил захват заложников с целью выкупа — как официальных российских представителей, так и иностранных граждан, работавших в Чечне — журналистов, сотрудников гуманитарных организаций, религиозных миссионеров и даже людей, приезжавших на похороны родственников. В частности, в Надтеречном районе в ноябре 1997 года были захвачены два гражданина Украины, приехавшие на похороны матери, в 1998 году в соседних республиках Северного Кавказа регулярно похищались и вывозились в Чечню турецкие строители и бизнесмены, в январе 1998 года во Владикавказе (Северная Осетия) похищен гражданин Франции, представитель Верховного комиссара ООН по делам беженцев Венсент Коштель. Он был освобождён в Чечне 11 месяцев спустя, 3 октября 1998 г. в Грозном похищены четыре сотрудника британской фирмы «Грейнджер телеком» (в декабре они были жестоко убиты и обезглавлены[18]). Бандиты наживались на хищениях нефти из нефтепроводов и нефтяных скважин, производстве и контрабанде наркотиков, выпуске и распространении фальшивых денежных купюр и нападениях на соседние российские регионы. На территории Чечни были созданы лагеря для обучения боевиков — молодых людей из мусульманских регионов России. Сюда направлялись из-за рубежа инструкторы по минно-подрывному делу и исламские проповедники. Значительную роль в жизни Чечни стали играть многочисленные арабские добровольцы. Главной их целью стала дестабилизация положения в соседних с Чечнёй российских регионах и распространение идей сепаратизма на северокавказские республики (в первую очередь Дагестан, Карачаево-Черкесия, Кабардино-Балкария).

В начале марта 1999 года в аэропорту Грозного террористами был похищен полномочный представитель МВД РФ в Чечне Геннадий Шпигун.[19] Для российского руководства это было свидетельством того, что президент ЧРИ Масхадов не в состоянии самостоятельно бороться с терроризмом.[20] Федеральный центр предпринял меры по усилению борьбы с чеченскими бандформированиями: были вооружены отряды самообороны и усилены милицейские подразделения по всему периметру Чечни, на Северный Кавказ были отправлены лучшие оперативники подразделений по борьбе с этнической организованной преступностью, со стороны Ставрополья были выставлены несколько ракетных установок «Точка-У», предназначенных для нанесения точечных ударов.[19][20] Была введена экономическая блокада Чечни, приведшая к тому, что денежный поток из России стал резко иссякать. Из-за ужесточения режима на границе всё труднее стало переправлять в Россию наркотики и захватывать заложников. Бензин, изготавливаемый на подпольных заводах, стало невозможно вывезти за пределы Чечни. Была также усилена борьба с чеченскими преступными группировками, активно финансировавшими боевиков в Чечне. В мае-июле 1999 года чечено-дагестанская граница превратилась в милитаризованную зону. В результате доходы чеченских полевых командиров резко сократились и у них возникли проблемы с закупкой оружия и платой наёмникам.[19][21] В апреле 1999 года главкомом внутренних войск был назначен Вячеслав Овчинников, успешно руководивший рядом операций во время Первой чеченской войны.[19] В мае 1999 года российские вертолёты нанесли ракетный удар по позициям боевиков Хаттаба на реке Терек в ответ на попытку бандформирований захватить заставу внутренних войск на чечено-дагестанской границе. После этого глава МВД Владимир Рушайло заявил о подготовке крупномасштабных превентивных ударов.[19]

Тем временем чеченские бандформирования под командованием Шамиля Басаева и Хаттаба готовились к вооружённому вторжению в Дагестан. С апреля по август 1999 года, проводя разведку боем, они только в Ставрополье и Дагестане совершили более 30 вылазок, в результате которых погибли и получили ранения несколько десятков военнослужащих, сотрудников правоохранительных органов и гражданских лиц.[3][19] Поняв, что на кизлярском и хасавюртовском направлениях сосредоточены наиболее сильные группировки федеральных войск, боевики решили нанести удар по горной части Дагестана. При выборе этого направления бандформирования исходили из того, что там нет войск, а в кратчайшие сроки перебросить силы в этот труднодоступный район не удастся. Кроме того, боевики рассчитывали на возможный удар в тыл федеральных сил со стороны Кадарской зоны Дагестана, с августа 1998 года контролируемой местными ваххабитами.[22]

Как отмечают исследователи, дестабилизация обстановки на Северном Кавказе была выгодна многим. Прежде всего исламским фундаменталистам, стремящимся к распространению своего влияния на весь мир, а также арабским нефтяным шейхам и финансовым олигархам стран Персидского залива, не заинтересованным в начале эксплуатации нефтегазовых месторождений Каспия.[22]

7 августа 1999 с территории Чечни было совершено массированное вторжение боевиков в Дагестан под общим командованием Шамиля Басаева и арабского полевого командира Хаттаба. Ядро группировки боевиков составляли иностранные наёмники и бойцы «Исламской международной миротворческой бригады»,[3] связанной с «Аль-Каидой».[23] План боевиков по переходу на их сторону населения Дагестана провалился, дагестанцы оказали вторгшимся бандитам отчаянное сопротивление.[24] Российские власти предложили ичкерийскому руководству провести совместную с федеральными силами операцию против исламистов в Дагестане. Было также предложено «решить вопрос о ликвидации баз, мест складирования и отдыха незаконных вооруженных формирований, от которых чеченское руководство всячески открещивается».[25][26] Аслан Масхадов на словах осудил нападения на Дагестан и их организаторов и вдохновителей, однако реальных мер для противодействия им не предпринял.

Более месяца шли бои федеральных сил с вторгшимися боевиками, закончившиеся тем, что боевики были вынуждены отступить с территории Дагестана обратно в Чечню. В эти же дни — 4—16 сентября — в нескольких городах России (Москве, Волгодонске и Буйнакске) была осуществлена серия террористических актов — взрывы жилых домов.

Учитывая неспособность Масхадова контролировать ситуацию в Чечне,[27] российским руководством было принято решение о проведении военной операции по уничтожению боевиков на территории Чечни. 18 сентября границы Чечни были блокированы российскими войсками.

  Тела погибших солдат комендантской роты в расположении комендатуры, 2000 г.

23 сентября президент России Борис Ельцин подписал указ «О мерах по повышению эффективности контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации». Указ предусматривал создание Объединённой группировки войск на Северном Кавказе для проведения контртеррористической операции.[24]

23 сентября российские войска начали массированные бомбардировки Грозного и его окрестностей, 30 сентября они вошли на территорию Чечни.

Сломив сопротивление боевиков силами армейских частей и внутренних войск МВД (командование российских войск успешно применяет военные хитрости, такие, к примеру, как заманивание боевиков на минные поля, рейды по тылам противника и многие другие), Кремль сделал ставку на «чеченизацию» конфликта и переманиванию на свою сторону части элиты и бывших участников чеченских вооружённых формирований. Так, во главе прокремлёвской администрации Чечни в 2000 стал бывший сторонник сепаратистов, главный муфтий Чечни Ахмат Кадыров. Боевики, напротив, сделали ставку на интернационализацию конфликта, вовлекая в свою борьбу вооружённые отряды нечеченского происхождения. К началу 2005, после уничтожения Масхадова, Хаттаба, Басаева, Абу аль-Валида и многих других полевых командиров, интенсивность диверсионно-террористической деятельности боевиков значительно снизилась. За 2005—2008 в России не было совершено ни одного крупного теракта, а единственная масштабная операция боевиков (Рейд на Кабардино-Балкарию 13 октября 2005) завершилась полным провалом. Однако с 2010 года отмечены несколько крупных терактов (см. Взрывы в московском метро (2010), Террористический акт во Владикавказе (2010), Террористический акт в аэропорту Домодедово).

Генерал КГБ Филипп Бобков в 2005 году дал такую характеристику действиям чеченского сопротивления: «Эти операции мало чем отличаются от боевых действий израильтян до создания их государства на территории Палестины, а затем палестинских экстремистов на территории Израиля или ныне албанских вооруженных формирований в Косово»[28].

30 сентября 1999 года подразделения российской армии со стороны Ставропольского края и Дагестана вошли на территорию Наурского и Шелковского районов Чечни.

К декабрю 1999 года федеральные силы взяли под контроль всю равнинную часть территории Чечни.

26 декабря 1999 года началась осада Грозного. К 6 февраля 2000 года Грозный был взят под контроль федеральных сил.

22—29 февраля 2000 года — Сражение за Шатой.

5—20 марта 2000 года — Битва за село Комсомольское. Завершение активной фазы операции по освобождению Чечни.

8 марта 2005 года — в ходе спецоперации ФСБ в Чечне ликвидирован президент самопровозглашённой ЧРИ Аслан Масхадов.

13 октября 2005 года произошло нападение боевиков на город Нальчик (Кабардино-Балкария). Последняя крупная операция боевиков.

10 июля 2006 года — в Ингушетии уничтожен один из главарей боевиков Шамиль Басаев.

С 16 апреля 2009 года режим контртеррористической операции на территории Чечни был отменён.

16 апреля 2009 года в Шатойском районе произошёл бой между участниками вооружённых формирований и военными[29].
Боевики, ведущие партизанскую войну, активизировались, участились случаи террористических актов. Начиная с осени 2009 был проведён ряд крупных спецопераций по ликвидации бандформирований и лидеров боевиков. В ответ была совершена серия терактов, в том числе, впервые за долгое время, в Москве.

Боевые столкновения, теракты и полицейские операции активно происходили не только на территории Чечни, но и на территории Ингушетии, Дагестана, и Кабардино-Балкарии. На отдельных территориях неоднократно временно вводился режим КТО. Например, 20 апреля режим КТО вводился в Итум-Калинском и части Веденского района. А 23 апреля в «зону проведения КТО» попали вся территория Веденского, Шатойский и часть предгорного Шалинского района Чечни.[30]
Многие жители Чечни заявляли, что не почувствовали перемен в республике после отмены КТО, а сама отмена режима, по их мнению, носила формальный характер и преследовала, в первую очередь, политические цели.[30]

Руководители Регионального оперативного штаба по проведению контртеррористической операции на Северном Кавказе (2001—2006 гг.)

Региональный оперативный штаб (РОШ) создан Указом Президента Российской Федерации от 22 января 2001 г. № 61 «О мерах по борьбе с терроризмом на территории Северо-Каваказского региона Российской Федерации».

В 2006 году на базе РОШ создан Оперативный штаб Чеченской республики по проведению контртеррористической операции.

Командующие Объединённой группировкой войск (сил) по проведению контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации (с 1999 г.)

Объединённая группировка образована Указом Президента Российской Федерации от 23 сентября 1999 г. № 1255с «О мерах по повышению эффективности контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации».

В октябре 2000 года организация Human Rights Watch (HRW) опубликовала свой 99-страничный доклад «Добро пожаловать в ад», о том, как российскими войсками были задержаны тысячи чеченцев, при этом многие без каких бы то ни было доказательств правонарушений. Охранники центров содержания под стражей систематически избивали чеченских заключённых, некоторые из которых также подвергались изнасилованиям или другим формам пыток. Большинство из них были освобождены только после того, как их семьи заплатили крупные взятки российским чиновникам. HRW отметила, что, несмотря резолюцию Комиссии ООН по правам человека, призывающую Россию срочно создать национальную комиссию по расследованию, которая установила бы ответственность за злоупотребления, российские власти не допускают «любых заслуживающих доверия и прозрачных усилий по расследованию этих нарушений и привлечению виновных к ответственности»[35].

В марте 2001 года HRW в своём докладе указала восемь не обозначенных захоронений в Чечне, которые были обнаружены в 2000—2001 годах[36]. Также организацией были отмечены восемь случаев, когда тела бросались по обочинам дорог, на территории госпиталей и других местах. Общество «Мемориал» также зафиксировало много подобных случаев. Большинство этих тел имело следы выстрелов с близкого расстояния, характерные для внесудебных расправ, и увечья. Врачебные осмотры некоторых жертв показали, что часть увечий была нанесена ещё живым людям[37], что указывает на факты применения жестоких пыток по отношению к жертвам. 29 марта 2001 года Верховный комиссар ООН по правам человека Мэри Робинсон призвала к тщательному исследованию массовых захоронений в Чечне[38]

В 2003 году местные жители и правозащитники утверждали, что фрагменты взорванных тел находили по всему разрушенному войной региону. Критики говорили, что вместо того, чтобы положить конец нарушениями прав человека, военные всячески пытаются скрыть их[39]. Семьи убитых сообщали, что российские войска вымогают выкуп за тела жертв[40]. 31 марта 2003 года Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации Олег Миронов призвал власти открыть места массовых захоронений для идентификации тел, установления причин смерти и захоронения. В то же время, Миронов отклонил предложение Парламентской ассамблеи Совета Европы о создании международного трибунала для расследования предполагаемых военных преступлений, совершенных в Чечне[41].

ru-wiki.org

Вооружённые силы Чеченской Республики Ичкерия

История

В результате событий сентября-ноября 1991 года Чеченская Республика фактически вышла из состава Российской Федерации. 1 ноября 1991 года президент Джохар Дудаев подписал указ о государственной независимости Чеченской Республики, 12 марта 1992 года вступила в силу принятая Парламентом ЧР Конституция, согласно которой Чечня провозглашалась «суверенным демократическим правовым государством, созданным в результате самоопределения чеченского народа». 31 марта 1992 года власти ЧР отказались подписать Федеративный договор.[1]

В соответствии с указом Джохара Дудаева № 2 от 8 ноября 1991 года, было учреждено военное министерство, и все военные формирования «независимо от порядка подчинённости» переходили в полное распоряжение министерства. На основании закона ЧР «О президентской деятельности» и указа № 16 от 9 декабря 1991 года. президенту подчинялись «все вооружённые формирования на территории Чеченской республики».[2]

Роль военного ведомства выполнял Главный штаб Вооруженных сил. Начальником Главного штаба являлся генерал-лейтенант Висхан Шахабов (бывший полковник советской авиации), зам.начальника Главного штаба — полковник Аслан Масхадов, начальником Оперативного управления Главного штаба — полковник Али Мацаев.[3]

Основой командного состава чеченской армии стали бывшие офицеры советской армии, у многих из которых был опыт боевых действий в Афганистане и других горячих точках.[4]

Вооруженные силы и правоохранительные органы

Вооруженные силы

Главнокомандующим Вооруженными силами ЧРИ, согласно Конституции, являлся президент республики.

Правоохранительные органы

К правоохранительным органам ЧРИ относились:[5]

  • Министерство внутренних дел (МВД),
  • Национальная служба безопасности (НСБ)

с 97-го года Министерство Государственной Безопасности (МГБ),

  • Министерство Шариатской Государственной Безопасности (МШГБ),
  • Генеральная прокуратура,
  • Антитеррористический центр при президенте ЧРИ

Комплектование

Структура армии

К началу первой Чеченской войны армия Ичкерии состояла из двух бригад, семи отдельных полков и трех батальонов. Президентская гвардия состояла из 2 тыс. человек, подразделения МВД и Департамента госбезопасности Ичкерии включали в себя еще 3,5 тыс. служащих.

В межвоенное время структура и состав вооруженных сил Ичкерии изменялась в зависимости от взаимоотношений центральной власти и многочисленных полевых командиров (Басаев, Радуев, Ямадаев). Так кроме сил подчиненных президенту Чечни Аслану Масхадову действовали:

Оружие и вооружение

Авиация и ПВО

Опознавательные знаки ВВС Ичкерии (1992-1995 гг.)

В результате вывода из Чечни в 1992 году частей Российской Армии было брошено практически всё вооружение, в том числе самолёты и средства ПВО. Из них:
На авиабазе «Калиновская» (подчинённая Армавирскому авиационному училищу:

На авиабазе «Ханкала»:

Стоит отметить, что все самолёты были не боевыми, хотя при определённых обстоятельствах их можно было использовать в качестве штурмовиков. Таким образом, численный состав «ВВС Чеченской Республики Ичкерия» оценивался в 265 самолётов, не считая Ан-2 и двух вертолётов. По данным российской разведки к ноябрю 1994 года исправными и боеспособными было всего лишь около 40% техники, то есть примерно сотня боевых машин. Большая часть ичкерийской авиационной техники была уничтожена на аэродромах в первые же дни Чеченской кампании.
ПВО авиабаз насчитывала:

  • 23 штуки зенитно-артиллерийские установки различных типов;
  • 10 штук ЗРК «Стрела-10»;
  • 7 штук ПЗРК «Игла»;

Имелось и некоторое количество ПЗРК «Стрела-3». По данным некоторых СМИ, у отрядов «моджахедов», имелось некоторое количество ПЗРК «Stinger» американского производства.

Артиллерия

Бронетехника

Стрелковое оружие

Хронология событий

Галерея

Примечания

Ссылки

Wikimedia Foundation.
2010.

dvc.academic.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о